Богослов.ru

Недуги души

Купить диплом в Москве

Адамов комплекс

 

Семейные психологи часто отмечают любопытный факт: если один из супругов совершает измену, ему первому становится в тягость присутствие рядом того, кого он обманул. Казалось бы, все должно быть ровно наоборот. Но нет: именно изменник-муж первым начинает ненавидеть свою подругу по бытию и инициирует большинство семейных скандалов.

Впрочем, религиозно просвещенный разум не найдет здесь ничего необычного, ибо подобный психологический комплекс проявился еще у первых людей – прародителей Адама и Евы. Если обратить внимание на их поведение сразу же после нарушения заповеди о Древе познания, бросается в глаза одна странность: «И услышали (они) голос Господа Бога, ходящего в раю во время прохлады дня; и скрылся Адам и жена его от лица Господа Бога между деревьями рая». Разве это не смешно: пытаться укрыться от Всевидящего Ока, спрятавшись за дерево? Если отвергнуть гипотезу о временном умопомрачении, следует признать, что человек не столько хотел скрыть себя от Бога, сколько, наоборот, скрыть Бога от себя. Ведь из них двоих только один не обладает способностью видеть сквозь деревья рая. «Я не хочу тебя видеть». Эти слова первым произносит не Преданный, а сам предатель.

Именно с этого жеста начинается адамово изгнание из рая. Не Бог, не ангел с огненным мечом, а сам человек делает себя отверженным. С особой драматургической силой говорит об адамовом комплексе Достоевский в романе «Преступление и наказание». Раскольников оказывается на каторге. Но отправляет его туда не следователь Порфирий Петрович, который, хотя и догадывается о том, кто совершил двойное убийство, но не имеет достаточных тому доказательств. И не голос совести. Как это видно из последних глав, Раскольников сожалеет лишь о том, что не смог перешагнуть через преступление, что он оказался не героем истории, а всего лишь статистом, «тварью дрожащей», в результате своего эксперимента. Собственной рукой он запускает репрессивную судебную машину с одной-единственной целью – оказаться подальше от некогда любимых им людей – сестры и матери. Ради них, ради их свободы и благополучия нищий студент пошел на грабеж и убийство. Но тотчас же по совершении смертного греха, он начинает ими тяготиться. По ходу всего романа Раскольников избегает общения с матерью и сестрой, предпочитая им общество воров, проституток и, в конце концов, каторжан далекой Сибири.

Отрицательная сила адамова комплекса, вытолкнувшая первых людей из рая, продолжает действовать в современниках и сейчас, когда Крестная Жертва Спасителя вновь открыла нам райские врата. Так в Евангелии есть притча о человеке, попавшем на брачный пир в повседневной одежде. Он чувствовал себя не в своей тарелке и не мог радоваться вместе со всеми. Причем, по-видимому, ему было настолько неловко, что он даже не пожелал разговаривать с Царем, подошедшим с приветствием и вопросом: «Друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?» Не дождавшись ответа, Царь приказал слугам выгнать этого человека «во тьму кромешную». Нетрудно заметить, что причиной этого решения послужила не только одежда, а молчанием выраженное: «я не хочу тебя видеть». Похоже, что наши грехи чреваты не столько гневом Божиим, сколько нашим молчанием перед Ним. Опасность не в том, что Бог не сможет или не захочет нас простить, а в том, что мы сами не захотим просить у Него прощения и пройдем мимо Небесного Царствия в поисках места, где можно было бы укрыться от Творца неба и земли.

Однако адамов комлекс проявляется не только отрицательно. Плохой ученик, действительно, склонен ненавидеть школу и учителя. Но для того, кто хорошо пишет контрольные, школьные годы остаются светлым периодом жизни. Мать более остальных детей любит самого болезненного или неудачливого ребенка именно потому, что она просидела бессонные ночи у его постели или выстаивала многочасовые очереди у окошка тюрьмы, добиваясь свидания. Врач привязывается более всего к тем пациентам, которых он «вытащил с того света». Христианин молится за своих врагов именно для того, чтобы перестать их ненавидеть.

Блаженный Августин, размышляя о вере и знании, натолкнулся на замкнутый круг: с одной стороны, невозможно верить (или не верить) в то, чего не знаешь, о чем не имеешь представления. Но с другой стороны, Бог – это личность. Поэтому существует только один способ познать Его – вступить с Ним в общение через молитву, которая уже требует веры. Вероятно, именно об этом говорит апостол Павел: «Никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым».

Однако неспособность самостоятельно придти к вере не означает, что столь важный поворот судьбы происходит без участия человека. Тот, кого инерция совершенного зла заставляет скрываться от Творца, подыскивая аргументы против бытия Бога, неспособен откликнуться на призыв Святого Духа. И наоборот, человек, совершивший подвиг, носит в себе самом залог будущего Царствия. Он хочет, чтобы правы оказались те, кто говорит о бытии Божием утвердительно.

Так в «Бесах» Достоевского старый офицер, оказавшись в кругу «передовой» молодежи, восклицает: «если Бога нет, то какой же я после этого штабс-капитан?» Аргумент в пользу веры только на первый взгляд кажется наивным и смешным. Если Бога нет, то «положить жизнь за други своя» – значит сделать глупость. Если Бога нет, то нет и настоящей славы, а офицер оказывается неудачником, руками которого «загребают жар» разумные эгоисты. Атеизм оказывается противоестественен самой природе героя. «Нет Бога» – в это хочется верить разве что Ставрогину, «растлевшемуся и омерзившемуся в беззакониях».

Впрочем, существует и третий вариант – когда страшный адамов комплекс молчит. Человек в этом случае «ни холоден, ни горяч, но тепл». Для добра он не находит сил, для преступления не имеет ярости. Таков современник: мать, прохладная к своим детям благодаря няне, облегчившей ей заботы; юноша, отрицающий смысл в понятии Отечества, потому что никогда ему не служил. Он рассматривает храм как музей, а в священнике видит безвредного служителя культа и конкурента регистратору ЗАГСа.