Богослов.ru

Человек в мире сем

Купить диплом в Москве

Государство

 

Разве можно жить без государства? Кажется, оно было всегда… Всегда ли? На страницах Библии мы видим, как рождался в свое время избранный народ, Израиль. Когда из Египта вышла толпа рабов, у них, конечно же, не было никакого государства. Но не возникло оно и потом, когда на Синайской горе Господь даровал своему народу Закон. И даже когда израильтяне поселились в Обетованной Земле, они еще не знали ни чиновников, ни постоянной армии, ни административных округов, ни налогов, кроме десятины священникам.

Повседневные вопросы решались тогда внутри родового общества, где все друг друга знали. Нападения врагов отражало народное ополчение, то есть все годные к бою мужчины. А для особых случаев Господь избирал харизматических вождей, начиная с самого Моисея – его власть была неформальной, она не передавалась ни по наследству, ни путем выборов.

Но ведь в те времена в том же Египте, да и не только в нем, уже существовал сложный государственный механизм – целая пирамида, наверху которой находился фараон, считавшийся божеством. Пока израильтяне были готовы слушать голос пророков, им не нужно было государство. Но со временем повседневные заботы заставили забыть о духовном единстве народа, все труднее стало собираться вместе, чтобы отразить натиск враждебных соседей. Тогда израильтяне попросили пророка Самуила поставить им царя.

Пророку не понравилась эта просьба, но Господь сказал ему: «послушай голоса народа во всем, что они говорят тебе; ибо не тебя они отвергли, но отвергли Меня, чтоб Я не царствовал над ними». И еще он велел объявить народу права царя: «сыновей ваших он возьмет, чтобы они возделывали поля его, и жали хлеб его, и делали ему воинское оружие, и дочерей ваших возьмет, чтоб они варили кушанье и пекли хлебы; и поля ваши и виноградные и масличные сады ваши лучшие возьмет, и отдаст слугам своим; и от посевов ваших и из виноградных садов ваших возьмет десятую часть». Народ согласился на это.

С тех пор Ветхозаветная, а потом и Новозаветная Церковь пережили множество разных государств: маленьких княжеств и великих империй, авторитарных монархий и вольных республик. Разным было и их отношение к вере в Единого Бога. Но общий принцип определил сам Христос: «отдавайте кесарю (то есть императору) кесарево, а Богу Богово».

 Провести границу между одним и другим бывает непросто. Может быть, это даже проще сделать в условиях, когда государство враждебно Церкви. Так в свое время апостол Павел, проповедуя Евангелие по всей Римской империи, неукоснительно подчинялся законным требованиям римских властей. А когда его отдали под суд, сам воспользовался своим правом римского гражданина потребовать, чтобы его дело рассмотрел лично император – так для него открывалась прямая дорога в Рим за казенный счет.

 Но времена менялись, и однажды римский император по имени Константин сам принял христианство. Тогда перед Церковью встали другие задачи – преобразовать изнутри саму государственную жизнь в соответствии с нормами христианства. Могла ли она отказаться от этой миссии? По-видимому, нет. Но и плата за покровительство могла оказаться не менее высокой, чем в эпоху гонений: так, блистательного проповедника Иоанна Златоуста пригласили быть епископом в столице империи. Правители надеялись, что его проповедь послужит укреплению их власти. Но он не восхвалял, а обличал императорский двор за его праздность и алчность, проповедуя верность Христу и деятельную любовь к ближнему. Дело закончилось изгнанием и ссылкой, в которой и умер святитель.

Бывало, к сожалению, и так, что государство подминало под себя Церковь, да и церковная иерархия не всегда находила силы дистанцироваться от идеологических запросов очередных властей. В истории отношений Церкви и государства много черных страниц. Но при всех искажениях Евангелие снова и снова напоминало людям: Богу – Богово, кесарю – кесарево.

 Тоталитарные режимы двадцатого века ясно показали нам, что кесаря и в новое время могут объявить богом и начать приносить ему человеческие жертвы. Мало кто сегодня захочет повторить этот опыт. Зато перед нами встает иной вопрос: может ли государство быть полностью светским, не признающим никаких духовных ориентиров, а только практическую пользу? С одной стороны, кажется, что иное и невозможно в обществе, где существует свобода вероисповедания. Как можно навязывать всем одинаковый выбор? Но, с другой стороны, любая форма общественной жизни опирается на какие-то ценности. «Не убий, не укради» – эти основополагающие принципы современного права взяты именно из Библии, да и не только они.

Может быть, сегодня именно наше общее христианское наследие позволяет обществу не распасться на множество враждующих друг с другом группировок, каждая из которых преследует только свой собственный интерес. Дело не в том, чтобы государство покровительствовало какой-то религии, но скорее в том, чтобы оно с уважением относилось к духовным ценностям своего собственного народа. И если эти ценности подлинные, они станут общими для людей разных вероисповеданий.

На чем стоит любое государство? Говорят, две с половиной тысячи лет назад китайскому мудрецу Конфуцию задали этот вопрос. Он ответил:

 – Это когда достаточно еды, достаточно оружия и есть доверие народа.

– А что из названного можно исключить в случае необходимости? – переспросили его.

– Можно исключить оружие.
– А из двух оставшихся вещей?
– Можно исключить еду, – ответил мудрец.