Богослов.ru

Человек в мире сем

Купить диплом в Москве

Психология

Психология – это наука о душевном, как, например, биология – наука о живом. Христианство же – учение о том, как обрести спасение души. Противоречат ли они друг другу, или, наоборот, друг друга дополняют? Современная психология – это наука, родившаяся совсем недавно, как, кстати, и биология. Вера говорит нам, что весь мир, в том числе и живой, сотворен Богом, а биология учит, как устроена, например, клетка. Но, с другой стороны, клетка материальна, любой может наблюдать ее в микроскоп. А человеческая душа? Некоторые материалисты вообще отказывались признавать ее существование, считая, что мысли и чувства вырабатываются мозгом, как гормоны вырабатываются специальными железами. Основатель психоанализа, Зигмунд Фрейд, говорил в свое время так: «Нам хочется существовать, мы боимся небытия, и поэтому выдумываем прекрасные сказки, в которых сбываются все наши мечты… полет души, рай, бессмертие, бог, перевоплощение – всё это иллюзии, призванные подсластить горечь смерти». Удивительная категоричность: бессмертие души отрицается только на том основании, что никаких научных данных о нем мы не получили… но ведь ни одна религия и не утверждает, будто души могут быть измерены физическими приборами! Если бы это было так, бессмертие было бы таким же фактом, как, например, существование невидимого рентгеновского излучения. Иногда о несовместимости психологии и духовной жизни можно услышать и от людей верующих. Кто так рассуждает, имеют в виду такое примитивно-материалистическое понимание психологии, когда наука, к тому же такая переменчивая и сравнительно молодая, претендует на окончательное обладание высшей истиной. Но ведь Фрейду не во всем стоит доверять. Но для некоторых верующих психология, психиатрия, психотерапия не просто допустимы – они становятся их профессией. Вот что говорит о своем двойном служении православный священник и одновременно психолог Андрей Лоргус: «я служу человеку и сам являюсь человеком; служу спасению души и сам нуждаюсь в спасительной силе Церкви; служу строительству богоподобной личности и сам строю свою; наконец, учительствую и сам являюсь учеником». Значит, вполне возможна комплексная забота о человеческой душе, которая включает и духовничество, и психологическую помощь. В самом деле, то и другое ставит своей целью восстановление целостности человеческой души ради ее жизни в мире с самим собой и другими людьми. Духовник добавит к этому: и прежде всего, в мире с Богом. Одно едва ли возможно без другого, ведь еще апостол Иоанн говорил: «не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?» В этом заключается и общность, и главное различие духовничества и психологии. В церкви человек стремится прежде всего обрести отношения с Богом, а психология не говорит о них ничего. Но она помогает ему выстроить отношения с ближним и, главное, с самим собой. Вера говорит о главном, о цели нашего земного пути; психология же помогает нам собраться в дорогу, и не стоит пренебрегать ее советами. Да, во времена отцов Церкви психологии как таковой не существовало. Но и отцы признавали всё многообразие человеческих душ и прекрасно понимали, что нельзя давать никаких общих, абстрактных советов – всегда надо соразмерять наставление с личностью человека. Есть древнее предание о двух монахах, впавших в один и тот же грех. Им был назначен срок для покаяния, и вот один из них горько оплакивал свое падение, а второй –радостно благодарил Бога за прощение. И при всем внешнем несходстве отцы признали их покаяние равночестным. Так бывает и в наши дни: один человек стремится к деятельности среди людей, а другой – к одинокому созерцанию; один живет творческими эмоциями, другой – логикой и рассудком; один поступает спонтанно, другой всё заранее планирует. Не счесть различий между людьми, и настоящий, опытный духовник никогда не скажет человеку: ты должен стать кем-то другим. Нет, он постарается помочь человеку открыть в себе самом неповторимый образ Божий. В каком-то смысле похожую задачу ставит перед собой и психолог. Если даже не брать случай настоящих душевных заболеваний (ими все-таки занимается психиатр), современный житель большого города редко может похвастать полным отсутствием всяческих неврозов и депрессий. Обращаясь к Богу, принимая исцеляющую благодать в церковных таинствах, человек, конечно же, преображается – не случайно они подаются ему «во исцеление души и тела». Но хорошо, если и при этом он заботится о своем теле, укрепляет его здоровым образом жизни, а при необходимости принимает лечение. В такой же заботе нуждается и душа, помощь профессионала и ей бывает полезна. Исцеление от невроза, конечно, не избавляет человека от греха и не делает его святым. Но пока невроз есть, слишком велик риск, что духовная жизнь будет нести на себе его отпечаток: так неправильно сросшаяся кость делает человека хромым, и необходима бывает операция, чтобы вернуть ему нормальную походку. Секрет многих искажений духовной жизни, от средневековой инквизиции до банального хамства и клишкушества, именно в том, что люди принимают свои душевные переживания, и порой нездоровые, за события духовного порядка. В программы духовных семинарий уже включается такой предмет, как психология – будущим пастырям он действительно необходим. Все чаще говорится о таком направлении, как «православная психология», которая призвана сочетать православные ценности с определенными психологическими методиками. Что же, в свое время христиане «воцерковили» античную философию и риторику, отбросив явно языческие элементы и приспособив к своему вероучению всё остальное. Возможно, в нашем веке подобная судьба ждет и психологию, даже если против такого подхода и стал бы возражать Зигмунд Фрейд.